• Увы, - мэтр Визар мрачно кивнул головой. - Если бы вы посещали факультатив по черной магии на последнем курсе, вы бы это знали.
  • Ну, вы даете, профессор! Кто на последнем курсе, когда вот- вот начнутся выпускные экзамены, думает о дополнительных занятиях сверх программы? Тут бы «хвосты» сдать и диплом дописать!
  • Вот поэтому мало, кто знает об этой «малости». Из черных магов хорошо, если каждый десятый, а с остальных факультетов - единицы. По пальцам пересчитать можно, - он растопырил пятерню с таким видом, словно на каждом пальце было написано по имени. - И это даже к лучшему. Такие знания действительно могут быть опасны.
  • Но ими кто-то располагает. Вы сами сказали, профессор, что таких людей раз-два и обчелся! Кто это знает и умеет? Ну, кроме вас, разумеется? Кто?

Я был готов начать трясти мэтра Визара, как дерево, и тот проворно отскочил за стол, так что между нами оказались ноги мертвеца.

  • А я почем знаю? - вскрикнул он. - Да, я могу назвать по именам тех, кто за последние пять лет этим интересовался. Но трое из них покинули Колледж. Закончили его, получили дипломы и гильдейские знаки - и вперед! Работать на благо страны!
  • А двое других?
  • На двух других думать нет смысла. Это Станислаус Блум, мой дипломник, отличник, которого думаю оставить при аспирантуре,и мэтр Еорбжещ
  • Пентаграммист?
  • Он самый. Заходил незадолго перед началом учебного года, просил консультацию. Он собирался писать новую программу, и ему нужно было уточнить, какие авторы об этом писали.
  • Зачем?
  • Для списка использованной литературы. Вы, Г руви, что, не знаете, как пишутся учебные программы? Сперва пояснительная записка - зачем этот курс вообще нужен. Потом цели и задачи - чему хотим научить, и что студенты должны знать «на выходе». Потом учебный план. Затем - тематический, с точной распасовкой - на эту тему столько-то теории и столько-то практики, начать десятого числа и ни днем позже. Потом техническое обеспечение и прочее. А в конце обязательно список авторитетов, на чье мнение ты ссылаешься и откуда собираешься черпать информацию. Вот ему и цужно было упомянуть названия двух-трех книг. Помнится, - мэтр поморщился и принялся вдумчиво ковырять в носу, - я еще удивился, на кой ляд ему копать так глубоко... Бес! Эта копоть у меня теперь везде! Не удивлюсь, если и в заднице... А у меня ещё одно практическое занятие через час...
  • Значит, мэтр Горбжещ, - вздохнул я. - То-то он так внезапно исчез... Хочет, чтобы ему не мешали.
  • Да бросьте, Груви. Какой из Горбжеща заговорщик? Наверное, опять запил...
  • Вот-вот. Запил, спьяну начертил не так пентаграмму, ему явился какой-нибудь важный бес из Бездны, что-то нашептал...

Хм. А ведь в это можно поверить быстрее, чем в убийство из ревности! И мэтр Горбжещ мог быть причастен к исчезновению Верины Кит - если прорицательница действительно увидела смерть Измора Претич-Дунайского и могла предупредить его и остальных. Сам профессор мог задавать ей вопросы о своем будущем, и тут можно придумать несколько вариантов - либо Верина Кит отказалась ему пророчествовать,и он решил ее наказать, либо она напророчила такое, что он ужаснулся и решил отомстить женщине. Труп нерожденного младенца, душа Измора и массовое убийство собак могли быть частью его плана. Так-так-так, Згаш, кажется, уже что-то начало вырисовываться.

-А?

Мэтр Визар тронул меня за руку.

- Вы тут все приберете, если я отлучусь? Мне надо хотя бы мантию сменить перед началом нового занятия!

И он выскочил за порог прежде, чем я успел кивнуть.

Что ж, мне уже приходилось в прошлом убираться за собой. Люди, как правило, не любят, когда после магического обряда что-то остается «на память». Особенно если обряд проходил в помещении. Следы мела на полу, россыпь сухих травинок, всякие там пятна, запах курильниц - часто некроманту, явившемуся на вызов по поводу неупокоенного мертвеца, приходится самолично все это подчищать. Так что я привычно принялся за дело, заодно не отказав себе в удовольствии поближе познакомиться с телом.

Да-да, впервые за неполные двое суток мы остались наедине. До этого рядом толклось слишком много народа. А я все еще был некромантом, бесы меня побери!

Осторожно провел ладонью над головой Измора. Смерть уже исказила черты его лица - заострился нос, провалились глаза, приоткрылся рот, неприятно оскалив зубы. Ногти посинели и слегка удлинились - по счастью, от естественных процессов, а не потому, что труп мог мутировать в упыря. Кожа обрела желтоватый цвет, появились трупные пятна. От тела исходил слабый душок тлена.

Аура не читалась.

То есть, она была, я это чувствовал, но от нее остались такще валкие клочки, что собрать их в нечто цельное не представлялось возможным. Как если бы от полного текста книги осталось несколько сотен слов, к тому же набранных в случайном порядке. Такое бывает только в двух случаях - если смерть наступила давно,и если она была долгой и мучительной, да ещё и «приправленной» магией. Да, допросить труп шансов не было. Но все-таки... Хм... его руки... кисти рук. На них виднелись... отпечатки?

Снова наклонился поближе, проговаривая формулу. Да, аура вокруг кистей была намного плотнее и имела другой оттенок. Присмотрелся...

Да это же остатки чужой ауры! Кто-то оказался настолько небрежен или раздражен, что оставил на руках Измора свои следы. Кто-то явно хватался на пальцы княжича, причем хватался так энергично, что их ауры слились.

Ну-ка, ну-ка...

Забыв про уборку, стал торопливо восстанавливать защитный круг. Пришлось повозиться, пока искал среди беспорядков подсобки нужные ингредиенты. Несколько раз помянул добрым словом мэтра Куббика. У него кладовая была раза в полтора меньше, но порядка там было раза в два больше. И хотя многие вещи устарели лет за десять до того, как я поступил на первый курс, они работали и находились в идеальном состояции. А тут...

Ладно. Кто я такой, чтобы осуждать вечно занятого учителя, что ему некогда порядок навести? Небось уборкой занимались аспиранты и стажеры, а они признают один способ уборки - поскорее запихать все в дальние углы и успокоиться. В конце концов, все было найдено и устроено.

И минуту спустя я был готов прыгать от восторга. Это действительно была чужая аура. Аура человека, который прикасался к Измору Претич-Дунайскому при жизни. То есть, это мог быть либо убийца, либо тот, кто видел княжича непосредственно перед убийством. Свидетель.

Конечно, по клочку ауры нельзя идентифицировать человека, но если вспомнить, что аура индивидуальна, что ее части подходят друг к другу, как кусочки выверенной мозаики, а подобное отслоение наверняка оставило на ауре след,то остается лишь снять с чужой ауры слепок и потом проверить, кому он подходит. Прошло, как уже говорилось, около двух суток, а поврежденная аура полностью восстанавливается у живого человека в срок от трех до тех же девяти суток в зависимости от характера повреждения. И даже после восстановления свежая «заплатка» ещё отличается от основной части. То есть, мне достаточно будет проверить, у кого на ладонях повреждена или на днях восстановилась аура - и я найду того, кто прольет свет на смерть студента!

Слепок пришлось снимать на собственную ладонь, вернее, на тыльную сторону кисти, чтобы моя собственная аура не впитала ее. Конечно, она так и так это сделает, но не настолько быстро. Как бы то ни было, у меня почти двое суток в запасе. Методика же идентификации ауры проста, как медный грош - достаточно простого рукопожатия или любого другого физического контакта руки.

На этой оптимистичной ноте я закончил уборку, накинул на тело заклятье от порчи - чтоб не так воняло - подскочил к двери и...

И не сумел ее открыть.

Заперто! И, судя по всему, на ключ. Причем ключ магический, стало быть, чары тут не помогут, нужен именно ключ, настоящий,тот самый, которым замок открыли. Удобно, кстати, против взломщиков, которые уверены, что достаточно произнести заклинание - и перед тобой откроются все двери.

А вот нет!

И я оказался под таким замком.

Ломать голову, по какой причине меня заперли, было некогда. Либо мэтр Визар так торопился, что просто-напросто сделал это машинально, либо он в сговоре с убийцей. Тело-то доставили сюда по его приказу! И один из поставщиков - друг убитого и его соперник в борьбе за сердце девушки! Но с другой стороны, мэтр Визар работает тут достаточно давно. Зачем ему убивать студентов? Да ещё таким способом? И он бы все сделал правильно чисто по привычке, а не ляпал на стены все руны подряд, какие мог вычитать в книге...

Стоп. Еще вопрос, о какой книге речь. Большинство книг

нашей библиотеки - магические. Они содержат заклинания, которые опасны при неумелом пользовании, поэтому библиотекарша зорко следит за тем, кому и что выдается. Значит, либо кто-то заставил ее выдать не ту книгу, либо убийца ее просто у кого-то взял ненадолго.

Ладно, об этом мы побеспокоимся потом. Сначала надо отсюда выбраться.

Ответ был очевиден - через окно. Оба запыленных окошка подсобки были распахнуты настежь, так что оставалось лишь привязать к раме веревку и спуститься вниз. Прыгать из окон второго этажа? Я не боевой маг и не ведьмак и не настолько хорошо владею своим телом, чтобы обошлось без травм.

Тут повезло. Хотя вместо веревки пришлось использовать порванную на полосы старую накидку, которая оказалась слишком короткой,так что все равно пришлось прыгать, но все равно полчаса спустя я оказался на свободе и со всех ног припустил... в столовую. А вы что думали? Что Згаш Груви весь из себя такой железный человек, что ему не надо ни есть, ни спать, ни посещать уборные? Я, между прочим, утром еле позавтракал, настолько был взволнован последними событиями. А потом вся эта беготня и магия... В общем, силы мне были нужнее.

Студенческая столовая за минувшие годы не изменилась. По- прежнему студенты питались в Янтарном зале, а профессора сидели отдельно. Кстати, эту залу звали Гранатовой и тоже не понятно, почему. Ни янтарем, ни гранатом тут не пахло.

Прислуга в Колледже была приходящая. Как правило, это были родственники некоторых студентов из числа низов - работая на кухне, уборщиками и садовниками, они частично покрывали плату за обучение своих детей, внуков и племянников. А это значит, что у них тоже был рабочий день, выходные и все такое прочее.

Обед я пропустил. А ужина часто студентам не полагалось - большинство вечером все равно уходило в город, посидеть в кабачках или покушать домашних харчей. Но я-то был преподавателем, поэтому мне удалось уболтать одну повариху выделить мне миску чуть теплого супа, пару ломтей хлеба и стакан вина. Как преподавателю, мне еще полагалась ветчина и вареные яйца, а также ужин, который через час должны были принести дежурные - ведь не у всех учителей семьи и возможность поесть домашней еды - но ждать не хотелось. От ветчины отказался, а пару яичек запихнул в карман специально на тот случай, если придется всю ночь где-то колобродить.

- Тарелку сами отнесете и помоете, - распорядилась повариха и убежала, не забыв прихватить отвергнутую мной ветчину. Уверен - сегодня же вечером она окажется на ее столе, чтобы родной сынок или племянник мог полакомиться крохами с учительского стола! А может, у нее младших детей куча-мала, и ветчины достанется каждому по маленькому кусочку... В детстве мне не приходилось голодать - как-никак, сын не последнего в гильдии ткача - но во время учебы пришлось хлебнуть лиха.

Пока не спеша ел, обдумывая свои планы, пришли дежурные - несколько аспирантов с кафедры целительной магии и алхимии. Готовку студентам никто бы не доверил, но разогреть запеченные окорока, нарезать хлеб и зелень, а также нацедить в кубки вино и сидр они вполне могли. Заметив меня, две девушки-целительницы и парень-алхимик засуетились с удвоенным старанием, бросая на меня мрачные взгляды. Еще бы! Я своим присутствием мешал им пошарить по котлам и стащить чего-нибудь для собственного ужина. Как уже говорил, студентов в Колледже не кормили,и те, кто проел в кабачках месячную стипендию, до следующих выплат пробивались, кто чем. А были ещё и те, кто учился без стипендии! Ну, извините, ребята, сегодня ляжете спать без ужина.