Между тем он хорошо помнил, как восторженно приняли революцию многие его современники — от Владимира Маяковского до Николая Клюева и Сергея Есе­нина. Помнил, как изрекал Маяковский: «Грядет революция другая. Третья револю­ция духа». В социальном перевороте поэты первых лет революции увидели провоз­вестие иного, всечеловеческого, вселенского обновления. Не через кровь и насилие, а через труд и творчество. Они мечтали о борьбе со смертью и временем, о выхо­де в космос, безграничном творчестве на просторах Вселенной, во всей полноте осу­ществляя ту пророческую функцию искусства, о которой в свое время говорил Вла­димир Соловьев.

Подробнее...

С душой и с полной отдачей выкладывается. Да только, вижу, мается чего-то, будто не нашёл ещё себя, дорожку свою не нащупал. Талант-то большой, а не раскрылся. Гложет его чего-то, покою не даёт... Ты береги его, дочка, терпи, ежли что, время, оно само всё по местам расставит.

   А ко мне прицепился наш комик и балагур Василий Котозвонов. Он у нас вроде юродивого. Запросто может всяких гадостей и колкостей наговорить. Вроде как в шутку. Потом не знаешь, что и думать. Наплюхал он себе и мне рюмки и с поздравлениями полез.

   -- Желаю тебе, Ваня, чтобы все твои мечты исполнились. Как сказала наша великая Фаина Раневская: "Всё обязательно сбудется! Стоит только расхотеть!.." -- чмокнул своей рюмашкой мою рюмку и вдохновенно и залпом выпил. Крякнул и хотел ещё что-то "хорошее" и "доброе" сказать, но актёрская братия его проворно уволокла в сторону, видимо пожалев меня, именинника.

   Ко мне сразу подсел тихий и загадочный актёр Георгий Виноградов. Он уже в годах, лет ему этак под семьдесят. Типичный трагик, грустный и задумчивый, что-то жалкое и хрупкое во всём его облике. Мы к нему трепетно относимся, с уважением и любовью. И он ко всем по-отечески, любит наставлять да вразумлять. Тут же Ольга Резунова элегантно на своё место -- напротив меня -- вернулась. Присела, вся такая одухотворённая и женственная, и с интересом на нас уставилась. Покосился на неё Георгий Васильевич, покачал головой, всё же разговор свой повёл.

Подробнее...

16-го сентября в интернет-магазине был куплен холодильник Атлант. Товар доставили посредством службы доставки. Так как рекомендуется дать холодильнику отстояться после доставки 2 часа, то проверка работоспособности не производилась при грузчиках. После включения в розетку оказалось, что холодильник испорчен, т.к. не работает. На претензию, написанную на сайте магазина мне ответили, что нужен АКТ сервис-центра и лишь после этого мне поменяют холодильник.

Подробнее...

Фирсов зовёт в «Светёлку». Я бы не пошёл, но там делает сообщение философ Кутырёва Александра Александровна о стихотворении М.Ю. Лермонтова «Прощай, немытая Россия» — нет доказательств авторства поэта! С такой постановкой вопроса я сталкиваюсь впервые. Пошёл, по­слушал (очень убедительно), договорились о публикации статьи в «Верти­кали», подарил свои книги.

Для меня печатание подобных материалов важно и дорого. Это от­стаивание нашей правды.

Подробнее...

Не поленился, сходил в редакцию. Там набрал журналов и отнёс в библиотеку. Заодно пролистал «Нижегородскую правду». Мухина опу­бликовала свой материал о вечере. Хороший. Не сразу, но нашёл газету в киоске, купил для архива. Нужно будет обязательно эти отклики ото­слать Рагиму Казиханову в Дербент. Он наш искренний доброжелатель.

Вечером у Серёжи Шестака посмотрел запись юбилея, сделанную На­тальей Адриановой, и остался вполне доволен. Всё шло хорошо, интерес­но, без задержек. Программа получилась и деловой, и творчески насы­щенной. Я тоже говорил без запинок, по делу. Но Сергей сделал и свой большой фоторепортаж. Скинул его на флэшку. Надо будет почистить его от повторных кадров и распечатать.

Оканчивали этот вечер уже у меня — ужинали, пили водку. Ирусик была с нами.

Подробнее...

Наташа Адрианова впервые пришла в Союз на улице Рождественской. Пришлось ей разъяснять историю воровства (а иначе это не назовёшь) денег с нашего счёта. Она подписала письма (по моей просьбе), которые отдала Александру Ломтеву по поводу исключения Олега Рябова из ко­миссии по литературному наследию Юрия Адрианова. Письма (включая и мой экземпляр) распечатаны на принтере, но не завизированы. Теперь это официальный документ, который можно использовать публично.

Пришёл Михаил Садовский, принёс фотографии из Семёнова. И ока­зался свидетелем, как Наташа дважды сказала: «Если надо будет где-то выступить против Рябова, говори, и я это сделаю».

Подробнее...

  • Утром вышел на набережную и увидел, как над Окой, перелетая че­рез мост, медленно двигалась цапля. Впервые вижу эту птицу в городе. Неужели прилетела из-за Волги? Цапля спустилась к острову, пролетела над деревьями и опустилась на небольшое озеро, образовавшееся из-за того, что река с нашей стороны у острова нанесла высокую песчаную косу. Теперь это всё заросло деревьями и кустарником. Никого на остро­ве не бывает, никто птиц не тревожит. Может быть, и правда, они себе там устроят «дом» — обживутся, размножатся.

    Подробнее...

Итак, начну с того момента, когда я решил не покидать танкового завода после бесконечного изнурительного боя. Я стоял один, израненный, в распахнутой рваной от осколков и пуль шинели, сжимая в правой руке «Люггер» с пустой обоймой, а левой рукой вытирал пот со лба.

Такая картина.

Отдышавшись, через несколько времени я забрался в самую глубь завода, где позади стальных громадин — танков и бронетранспортеров — возле стены валялись в беспорядке пустые бочки из-под топлива. Я сел на одну из них и прислонился спиной к холодной кирпичной стене, разминая отекшие ноги. В огромном помещении было сыро, пахло соляркой и ржавчиной. Усталость навалилась внезапно и оглушительно. Я отрешенно смотрел в пасмурное небо, где в отверстых воротах танкового завода проносились серые облака. Ненависть к врагу немного поутихла, и я с грустью вспоминал товарищей, столь просто и безыскусно отдавших Отечеству свои драгоцен­ные жизни, — будто отказались ст просмотра много раз виденного ими художественного фильма.

Подробнее...

Наконец-то вышедший этой осенью (готовился много лет!) сборник избранных геопоэтических текстов поэта, эссеиста, журналиста, переводчика, путешественника, организатора культурных проектов Игоря Сида хотя и не представляет нам главного предмета многолетних усилий автора систематически, но все-таки дает читателю возможность составить себе об этом предмете подробное и многостороннее представление. А заодно, хоть отчасти, внимательнее рассмотреть фигуру автора — одного из наиболее ярких, нетривиальных, спорных и плодотворных персонажей культурной сцены постсоветских десятилетий. Причем не только российской.

Подробнее...

«В 1601 г. в г. Мангазее[1] построена церковь во имя Живоначальной Троицы, а в посаде, где домов было немалое число, устроено две церкви».

В 1631 г. енисейские казаки при Братском[2] остроге построили церковь.

Также построены были храмы в 1-й четверти XVII столетия и в других новых городах: Березове, Обдорске, Сургуте, Нарыме, Томске, Кузнецке, Енисейске.

Во вновь устраиваемые церкви Государями Федо­ром Иоанновичем и Борисом Годуновым присылались иконы, ризы, богослужебные книги, утварь, ладан, воск, вино церковное, колокола[3].

Таким образом, не прошло и 50 лет со времени обладания русских сибирской страной, а вера хрис­тианская уже прославлялась во многих православных храмах от восточных склонов Урала до берегов Енисея. Конечно, храмы эти не отличались внешним благоле­пием — все они были деревянные. Так, например, на храм, построенный в Тобольске Чулковым, употребили дерево тех лодок, на которых он прибыл. Не отлича­лись добродетелями христианскими и прихожане этих церквей. Патриарх Филарет прислал в Тобольск гроз­ную обличительную грамоту, писанную 11 февраля 1622 г. В ней описаны многие пороки русских сибиря­ков; к искоренению их призывались власти церковные и гражданские.

Подробнее...

Я едва могу выговорить:

  • Но ты, Юнь... Я могу понять Марка, я поступил бы так же, если бы, придя в себя после комы и узнав, что не смогу больше ходить, оказался совсем один... Но ты, как ты могла взвалить на себя такой груз? Неужели ты оставила свою роди­ну, все бросила... чтобы приехать сюда, выйти замуж за мерт­веца и опекать его друзей?

    Подробнее...

Я не иронизирую. Я оскорблен. Посмертный брак! Как женщина, воспитанная в буддистской традиции, может соглашаться удерживать душу таким способом и мешать ей дующую инкарнацию?!

  • Как раз чтобы этого избежать, мне и нужна сегодня но­чью твоя помощь. Мы с тобой совершим ритуал проводов Марка, чтобы помочь ему покинуть материальный мир.

Опершись на подлокотники кресла, я приподнимаюсь, за­тем, ослабив хватку, плюхаюсь обратно.

Подробнее...

Она пристально смотрит на мою молитвенную мельницу, стоящую на разделочном столе — я привез ее из монастыря в Гянтзе1. И говорит тихо, но твердо:


~ Тибет всегда был частью Китая.

  • Ничего подобного. Правительство колониальной Ин­дии так постановило в 1890 году, чтобы упростить торговлю.
  • Это западная пропаганда.
  • А вторжение 1950 года якобы с целью “освободить Ти­бет от империалистических сил”, хотя с 1912 года там уже не было иностранного присутствия, — тоже пропаганда? А мил­лион жертв, пытки, стерилизация женщин, уничтожение культурного наследия, лесов, диких животных, а отравление почвы ядерными отходами, чтобы целебные травы стали смертельно ядовитыми, — тоже пропаганда буддийских мо­нахов?
  • Это все только пустые слова.

    Подробнее...

  • Теперь надо подумать о Марке, — решительно объявля­ет она.

И показывает на свои пакеты из магазинов “Пари стор” и “Танг фрэр”[1]. Я отъезжаю в своем кресле назад, чтобы дать ей войти.

  • Мне нужно приготовить “Белую ночь”[2], чтобы облег­чить уход его душе, и ты — единственный, кто может мне по­мочь. У остальных нет веры.

Она выкладывает свои покупки на стол между грудами сценариев и пьес, в которых Анн-Софи делает пометки для своих кастингов. Ей никогда не дают ролей, но она ничего не выкидывает. Я заглядываю в пакеты. Еда, бумажные цветы, какие-то предметы из картона. Все белого цвета.

  • Я не уверен, что у нас одно и то же понимание буддизма, Юнь.

    Подробнее...

Эту двухкомнатную квартиру-дуплекс я получил в по­дарок от Марка по случаю начала моей семейной жизнй. Он, как всегда, проявил такт, чтобы я не чувствовал себя обязан­ным, и, вручая мне ключи, сказал, будто извиняясь: “Конеч­но, в двухэтажной квартире с твоими ногами вряд ли будет удобно, но из окна открывается такой потрясающий вид, что я не смог устоять”.

Подробнее...

Прочтя, я сейчас же решил, что по приезде в Штаб переведусь в полк обратно. Не так оно вышло. Приехав, я застал нового комко- ра (маленького и редко грязного казака) с двумя личными адъютан­тами и всю штабную братию страшно распустившимися. Появи­лись какие-то новые пехотные и артиллерийские прапорщики, дер­жавшиеся с комкором запанибрата. Комкор ездил пьянствовать в донскую сотню, не к офицерам, а к казакам. Никто ничего не делал; все ездили в Бельцы, где ночи напролет шел картеж и куда вывезли «Домбровенок». (Кстати, их перевезли и в Одессу.)

Подробнее...

в 1919 году

  1. Академический союз (Гримм Давид Давидович, проф. Цещ лер Герман Федорович, проф. Руднев Андрей Дмитриевич, Садо! ский Александр Иванович)
  2. Благотворительное общество (председатель — Горб; тов А. С.)
  3. Военное представительство Врангеля (генерал-лейтена] Клюев Н. А.)
  4. Выборгский дамский благотворительный комитет (Жаворс кова О. В.)
  5. Выборгский союз трудовой интеллигенции

    Подробнее...

 

(Основан в 1918 г.)

Первоначальный список членов-учредителей

  1. Преосвященный Серафим (Выборг, Архиерейское подворье)
  2. Трепов Александр Федорович (Выборг, Епископская ул., д. 6, кв. № 2)
  3. Кн. Массальский Владимир Николаевич (Выборг, пансионат «Корелия»)
  4. Кн. Волконский Владимир Михайлович (Иматра)

    Подробнее...

Гл.врач рапорядился перевезти его в больницу Лозанны. Маршал по-прежнему не терял присутствия духа: перед отъездом продиктовал тексты те­леграмм своим родным, сделал распоряжения по поводу оставшей­ся работы и пошутил, что нож хирурга настигает его уже в восьмой раз. Улыбаясь, он сказал врачу: «Я участвовал за свою жизнь во многих сражениях, но думаю, что эту схватку я проиграю — эту, последнюю».

Он действительно проиграл ее: через четыре дня после операции, в ночь на 28 января 1951 года, маршал Финляндии Густав Маннер- гейм скончался в лозаннской больнице. Ровно тридцать два года на­зад в этот день он возглавил белую армию. Он трижды отстаивал — и отстоял ^ независимость Финляндии. Он стал легендой при жиз­ни, его имя знали во всем мире.

Подробнее...

Ссылаясь на то, что ресурсов у финнов недостаточно, и только после того, как немцы захватят Ленинград, можно будет высвободить для этого войска, стоящие на Карельском перешейке. Всю зиму немцам обещали, что операция «Сорока» состоится, но финский главноко­мандующий выдвигал различные условия, затягивавшие дело, и явно выжидал. Весной 1942-го он уже видел, что ситуация на Восточном фронте изменилась. Зная наверняка, что Соединенные Штаты тоже объявят Финляндии войну, если захват мурманской трассы осуще­ствится, он решил приостановить военные действия. Политические цели опять оказались важнее стратегических.

Подробнее...

Простите, что я решаюсь Вас еще раз побеспокоить, так как на душе очень тяжело и горько и к тому же слишком много меня обижают, так как к моему несчастию имею русский паспорт.

Подробнее...

. Оно путешествовало два месяца и прошло несколько инстанций, прежде чем попало на стол маршала. Письмо этс влекло его особое внимание.

 

Finland 1КРК 8082

3 апреля 1942 г.

Ваша Светлость
Господин Фельдмаршал.

Прошу великодушно простить меня, что своим письмо ваю Вас от государственных дел и того великого дела, коте посвятили всю Вашу жизнь.

Но у меня нет иного выхода, так как только Вы, Ваг лость, можете мне помочь.

Подробнее...

Пленных бдительно охранять, излишние разговоры с ними запрещаются.

  1. При общении с населением по другую сторону грани­цы остерегаться выдать военные секреты. В оккупирован­ных областях разведка противника действует энергично и искусно.

    Подробнее...

он не имеет нужды навязывать себя кому бы то ни было, — а исклю­чительно опасением, что красный зверь тотчас же воспользуется для своих целей фактом запрещения в Финляндии русского языка.

Подробнее...

Неизвестный — Г. Маннергейму Гельсингфорс, 25 августа 1940 г.

ВАШЕ ВЫСОКОПРЕВОСХОДИТЕЛЬСТВО,
ГОСПОДИН ФЕЛЬДМАРШАЛ!

Я должен начать мое письмо с почтительнейшего извинения, ипо отнимаю у Вас драгоценное время на прочтение его, но я пишу 120, преследуя интересы Финляндии.

Подробнее...

Мне было бы очень интересно знать, согласны ли Ваше Высоко­превосходительство с этими соображениями.

С искренней благодарностью

Преданный Вашему Высокопревосходительству

Э. Валь

Подробнее...

Поэтому Ты легко поверишь, что весть о Твоем производстве в Фельдмаршалы доставила мне большую радость.

Позволь же, Ваше Высокопревосходительство, еще раз от души поздравить Тебя и пожелать здоровья и всего самого лучшего. Искренно Тебе преданный

Л. Елецкий[1].

* * *

Чрезвычайно интересны письма жившего в Эстонии военного историка, бывшего белого офицера Эдвина Валя. Маннергейм читал такие письма очень внимательно — его пометки и подчеркивания (воспроизведенные здесь), обычно сделанные красным карандашом, могут в какой-то степени заменить исследователю его ответные по­слания, которые пока найти не удалось.

Подробнее...

Отсюда морализаторство, очевидные цитаты и прямые высказывания; за которые так ругают критики. Социальное кино, снятое для широкой аудитории, не способно работать с намеками и тонкими аллюзиями. Максимум, что мож­но себе позволить, — это вытаскивать зрителя визуальными приемами, тянуть в эстети­ческое всеми путями —- через красоту к пониманию.

Подробнее...

"Понять себя, понять, что ты есть на самом деле." «Не хватает финансов, а подработать не­где.» «Больше всего в жизни меня волнует интимная проблема, о которой я писать не могу.» «Когда я влюбляюсь, думаю только о нем. И больше ничего меня не волну­ет. Какая детская смертность? Какая экология? Только он, он и он.» «Меня интересу­ет мое предназначение.» «Что будет с человеком после смерти?»

Подробнее...

Что касается меня, то я, после падения Гетманства, поселился в Ванзее под Берлином.

Благодаря тому, что большие группы Украинцев считают меня своим Гетманом, продолжают интенсивную борьбу против пора- ботителей Украйны и призвали меня снова возглавлять их работу, я от политической деятельности не отказался и прилагаю все уси­лия к тому, чтобы наступило наконец то время, когда можно будет активно выступить.

Подробнее...

Купечество сыграло важную роль в истории Иркутска и оказало влияние на общее развитие города. При этом, не стоит видеть в этом процессе исключительно положительные стороны, ведь зачастую за огромными богатствами скрывались далеко не самые образцовые дела.
Один из представителей купечества, городского голова В.П. Сукачев писал в своих мемуарах о том, что в XVIII и в начале XIX веков купечество господствовало повсюду, начиная от Думы и заканчивая магистратом и во всем преследовало исключительно свои интересы. Тем не менее, часть собственных несметных богатств зажиточные купцы направляли и на обустройство родного города. Именно купцами были построены и содержались большая часть знаменитых храмов города.

Подробнее...

Если бы существовал такой лите­ратурный термин — «неверная ретро­спектива», то это прежде всего отно­силось бы к «Философическим пись­мам» Петра Яковлевича Чаадаева, точнее, к первому из них, напечатан­ному в сентябрьском номере журна­ла «Телескоп» за 1836 год, в русском переводе, без имени автора. «Письма» эти были написаны на французском языке в 1828-1830 годах и адресо­ваны некой Екатерине Дмитриевне Пановой, которую автор именует «су­дарыней». По странному совпадению в 1836 году она сошла с ума. Именно публикация в «Телескопе» и вызва­ла известный скандал и дискуссию, в которую включился даже Пушкин, но письма своего Чаадаеву не отправил, узнав о гонениях на автора.

Подробнее...

  • Зачем вообще что-то настоящее, если есть такая голограмма? — раз­мышлял Бяло.
  • Так скоро и от женщин откажутся, а смысл? — опередил историю Лемке.

Вдруг смотрительница возопила:

  • Положьте меч на место, здесь вам не универмаг!

Муминов настолько возбудился видом монгольского доспеха, что из­влек из ножен саблю и взмахнул ею в воздухе. Сабля была отточенной, как бритва, а доспехи — тяжелыми, грубыми и толстыми, хотя и неболь­шого размера.

Подробнее...

1663 год

В апреле-мае этого года было начато возведение сторожевого пункта на юго-восточной границе тогдашнего Российского государства. Новый город-крепость назвали Пенза. В ближайшей округе города обустраивались слободы, в которые заселялись различные служливые люди - воротники, пушкари, казаки и др. Во всех поселениях насчитывалось 642 двора.

Наиболее ранним упоминанием о строительстве приграничной крепости считается приказ Большого дворца, датируемый 3 мая 1663 года. В нем говориться о том, что на реку Пензу с Юрием Коранским послано 100 шпаг, где ему приказано строить город.

Подробнее...

Как и в первый раз, она говорила ясно и четко, меткими штрихами обрисовывая каждого свидетеля. Перед ним раскрылся еще один уголок запутанного дела: показания некоторых свидетелей, как он вначале их интуитивно воспринял, а после рассказа госпожи К. был уже убежден, ока­зались лжесвидетельством. Если в суде это будет доказано, доброе имя К. будет восстановлено.

Рылеев не сказал ей этого, а лишь обещал вторично вызвать подозри­тельных свидетелей.

Подробнее...

6

Литературную премию издательства «Современный литератор» приду­мал Вепсов. Председателем комиссии, конечно, он поставил Бочкарева, однако решающее слово во всех случаях оставалось за ним. Но это и по­нятно: кто платит, тот и танцует.

  • Тебя тоже ввели в комиссию, — сказал мне Вепсов.
  • Секретарем? — спросил я.

Во все времена уделом молодых писателей, попавших в какую-нибудь комиссию, было написание протоколов.

  • Секретарь Соколов, — поморщился Вепсов. — А ты член.

    Подробнее...

Лев Усыскин

 

рассказ

Саше Иличевскому, каспийскому человеку

1.

Булочная на углу, кажется, была всегда — с открытыми для покупателей фа­нерными стеллажами во втором от входа зале, исправно наполняемыми с об­ратной стороны чьей-то невидимой рукой, с блестящей металлической трубой, укрепленной на металлических же стойках и образующей тем самым направля­ющую для очереди. Направляющую, с железной обязательностью приводившую покупателя к башнеобразной кассе, где под стрекот агрегата «ОКА» восседала необъятных размеров женщина в синем фартуке...

В первом же зале булочной было устроено некоторое подобие кафетерия — по фаянсовым стаканчикам разливали бежевый кофе с молоком, каковой пред­лагалось закусывать чем-нибудь рассыпчатым, песочным и лишь изредка—сдоб­ным. Стульев, само собой, не полагалось — стояло три или четыре круглых од­ноногих столика примерно в мой тогдашний рост, даже выше, — однако не воз­бранялось и присесть на низкий подоконник оконной ниши, той, что смотрела на проспект, а не в переулок. И можно было съесть рогалик либо песочное ко­лечко, глядя, как усталые озабоченные люди спешат себе в метро или на приго­родные электрички. Зимой сидеть там, кстати, было приятно вдвойне: благо­даря батарее, размещенной прямо под доской подоконника и сквозь специаль­но просверленные в этой доске отверстия ласкавшей ягодицы потоками тепло­го воздуха.

Подробнее...

Станислав Снытко. Белая кисть. СПб., «Скифия-принт», 2017, 68 стр.

П одобное бывает крайне редко: открываешь книжку почти неизвестного автора, скользишь по строчкам глазами, забываешь строки и вдруг чувствуешь, что не забыл — вернее, они тебя «не забывают» и начинают самостоятельно звучать, вовлекая в незнакомое, новое пространство. Не все, конечно, помнится дословно — лишь некоторые отрезки прочитанного, но весь текст звучит. Можно предложить способ (несерьезный) для различения стихов и прозы в прочитанном тексте. Сколь­ко слов помнится «дословно» и буквально — такова доля стихов (под «долей», ко­нечно, имеется в виду не «участь», но «часть»). Не запоминаемое в точности состав­ляет прозаическую долю. Она может быть не менее яркой, просто воспроизводимой в активной памяти по другим принципам. Стихи в идеале надо заучивать наизусть, прозу — «наоборот». Невозможность ее буквального воспроизведения (хотя есть уникумы, помнящие всю «Войну и мир»), неоглядность, «непредсказуемость на­зад» и является свидетельством прозаического — в позитивном смысле — взгляда, в котором запечатлевается прежде всего «ты», то есть «другой» и «другое» с его неописуемостью.

Подробнее...

«Давай назовем его Параскотопетл», — говорит он. Ее левая бровь ползет вверх, и он поспешно поясняет: «Воспитание ребенка сродни восхождению на непокорен­ный гребень». Она не понимает, о чем он. Для нее гребень — равноудаленность зубьев, пропускающих между собой пшеницу волос. Он сам редко отходит от письменного стола, но любит читать про гребни, ему снится, как он восходит на них, равный орлам, и крошечные недособранные пазлы селений белеют внизу.

Подробнее...

О   «мусульманском» и «европейском» кино 

что это первая серия долгоиграющего проекта (что-то вроде «Библии для детей»), и сам Мохаммед в рамках первой серии еще не родился.

Короче, Фестиваль мусульманского кино вполне себе процветает и в этом году проводился уже в 13 раз. То, что там происходит, напоминает восточную лавку, где лежат вперемешку экзотические фрукты, сладости, лепешки, мотыги, калоши и драгоценности. Картины, уже засветившиеся на крупных мировых фестивалях, соседствуют с кое-как начерно смонтированными дебютами, мультипликация — с игровым и документальным кино, короткий метр — с полным... Ееография: от Марокко — до Южной Кореи. Елаза разбегаются! Так что выбирать, что смотреть, человеку неопытному приходится исключительно методом тыка.

Подробнее...